joomplu:6380
joomplu:5094

Бабушки из Тарской глубинки – впереди России всей

Бабушки из Тарской глубинки – впереди России всей В первый частный дом престарелых! Почти два месяца понадобилось на то, чтобы наконец попасть в Тарский район, все никак собраться не могли, что-то мешало. Но тут вдруг, испугавшись первого снега, решили: надо ехать, пока совсем не замело. Едем на север – в село Пологрудово Тарского района. 

Тара

В дорогу двинулись поздним вечером, увидеть что-либо за окошком автобуса не представлялось возможным, поэтому просто доверились опытному водителю и мыслям о предстоящей командировке.

Утро в тарской гостинице началось с просмотра теленовостей. Как будто специально для нас (на ловца и зверь бежит) на одном из центральных каналов подняли тему одиноких пожилых людей. С голубого экрана заместитель министра труда и социальной защиты РФ Алексей Вовченко рассказывал о ситуации с домами престарелых и о шагах, которые пытаются предпринять власти в этом направлении. От него мы узнали свеженькие факты.

В стране на сегодняшний день:

38,5 млн пенсионеров;

1 406 стационарных учреждений, где на полном обеспечении проживают старики;

более 300 млрд рублей в год уходит на содержание таких учреждений.

Проблема домов престарелых, по словам замминистра, в том, что они очень старые, средств на их содержание катастрофически не хватает, нет денег на то, чтобы строить новые, а стариков, к сожалению, меньше не становится, очередь желающих попасть в интернаты растет.

– Складывается такая ситуация. У нас есть большое количество семей, которые готовы социальные услуги оплачивать, но нет учреждений, которые готовы их предоставлять, – рассуждает он. – Получается, что все бедные и богатые в одну общую очередь, отсюда наверное, такой дефицит этих услуг. Наша задача вовлечь сюда частный бизнес, в том числе и сферу надомного обслуживания. Соответственно тогда мы разгружаем общую очередь именно для тех людей, которые в состоянии платить по полному комплексу услуг и в то же время мы будем давать возможность государству быть заказчиком у частника для тех социальных категорий, которые не могут платить за себя.

Ну, а для частников, которым этот бизнес, попросту говоря не выгоден, Алексей Вовченко пообещал снять все барьеры. Уже готовы поправки в налоговое законодательство, в закон о концессионных соглашениях, планируется выплачивать субсидии тем, кто приходит на этот рынок.

С гордостью за то, что там еще думают, а в Омской области первые шаги в этом направлении уже сделаны, мы звоним директору частного дома престарелых Евгению Филиппову и договариваемся о встрече в Пологрудово.

А пока небольшая прогулка по Таре, улицы которой этой ночью припорошило снегом. Удивительно, в местной аптеке, куда мы забежали погреться, есть музейный стенд «Аптечное дело», где в стеклянных витринах располагаются колбочки, в которых в начале прошлого века хранили хлороформ, валидол и... кокаин, спиртометр 1922 года, пилюльная машина и устройство для изготовления суппозиториев из тех времен.

Возле городской администрации, как в далекие социалистические времена, доска почета, на ней свежие фотографии отличившихся жителей Тары. Напротив доходный дом Орлова, построенный в конце 19 века, здесь располагается музей. Эта часть города на холме дышит стариной. Вот и площадка для народных гуляний возле ДК оборудована под стать древнерусской крепости – высокий палисад и башни с большими воротами.

Пологрудово

Снова в путь. Рассказывать о том, что добраться до Пологрудово не так-то просто, думаю, не стоит. Кто не знает, как сейчас живет деревня и на чем держится?! И хоть построили 10 лет назад в Таре мост через Иртыш, все равно и транспорт, и народ предпочитает паром, потому что дорога – ужас!!! Особенно после дождей. Хотя зимой, говорят, лучше.

Решили ехать через мост. Микроавтобус, на котором мы отправились покорять просторы Тарского района, утопал в глубокой колее, прыгал на ухабах и кочках, болтался из стороны в сторону, а мы в нем, повинуясь дорожной стихии. Прямо под колеса, не боясь шума мотора, выскочила белка, замерла на мгновение и ускакала по своим делам. Кстати, дорогу окаймляли уже не редкие березки, а густой лес – природа поменяла имидж.

Примерно час экстрима, и мы в Пологрудово, вернее в 2 километрах от него. Тишина необыкновенная, только вой холодного ветра и приглушенный расстоянием далекий собачий лай. На крылечке двухэтажного дома престарелых переминается с ноги на ногу старичок. Сегодня холодно.

Бабушки-старушки

– Здравствуйте, – шумно вваливаемся за порог. Нас с улыбкой встречает дежурная Антонина Тихоненко. Она сегодня старшая по дому. Кроме нее в своей вотчине хозяйничает повар Марина Колотушкина. Познакомиться с журналистами из Омска выходит и молодой сторож и кочегар (в доме своя котельная) Виталий Астафьев. Это вся смена. А всего персонала 8 человек.

Бабушки из Тарской глубинки – впереди России всей В доме тепло и уютно. Бабушки собираются в фойе перед телевизором. Пока старичков в пансионате пять: четыре бабушки и один дедушка, всем пенсионеркам за 80. Дедуля помоложе, но он немного не в себе, тихо бродит по коридорам и хмурит густые брови. А бабушки рады гостям, они оживленно включаются в разговор, наперебой рассказывая про свое житье-бытье.

– Мне лично хорошо здесь, – говорит Мария Емельяновна Сумлянинова. – Все условия есть: и вымоют, и выстирают, и выгладят, и принесут. В столовой кушаем. Персонал отличный.

Три бабушки из самого Пологрудово, четвертая Валентина Александровна Климович – приезжая.

– Я из Шипицыно, – рассказывает она. – Работала в леспромхозе 25 лет, 8 лет колхозного стажа, войну прошла. С 12 лет пошла работать и всю жизнь в трудах, хлеб на фронт отправляли, а сами траву ели. А сейчас попали в хорошую жизнь, чистую, кушаем 4 раза в день. Вот до января месяца доживу, и уже восемьдесят пятый год пойдет.

Надежда Петровна Шляхова тоже всем довольна, только жалуется, что сил уже нет и глаза совсем плохо видят. А еще, что скучно здесь в таком маленьком составе.

– Нас очень мало, – сетует пенсионерка. – Надо, чтобы людей больше было, но, видите, дороговато. Пенсии маленькие, а здесь ставка 10 тысяч, не меньше, поэтому многие хотели бы сюда попасть, да не по карману. Обещают, что будут доплачивать тем, кому не хватает пенсии, тогда люди к нам пойдут. Помогло бы уже государство им, они же работали на это государство. Ну что сделаешь, если такие пенсии мизерные. У меня пенсия хорошая. С опекунскими я получаю 16 тысяч – 10 отдаю, а остальные на лекарства уходят. А другие пенсии по 5 тысяч получают, ну что это такое!

У Таисии Михайловны Евдокименко во взгляде искорка, на согбенной фигуре лихая юбка в воланах да яркая кофта. Смотрю на ее испещренное глубокими морщинами лицо и думаю: «Наверное, в молодости удалая баба была». Начав говорить, она часто забывается на полуслове. Но все-таки понять ее можно.

– Я здешняя, с Пологрудово, – вспоминает баба Тася. – Мало осталось: которые уехали, которые умерли. Я с дочкой жила, она говорит: «Буду тебя собирать». Собрала тряпки, которые надо, приехали с ней, потом она домой уехала. Ходит, навещает, сегодня должна прийти. Я бы хоть вязала и пряла, и все бы делала, а то не могу, не делаю ничего, глаза не видят. Стану есть, и то пристраиваюсь. А здесь, что хорошо, то хорошо – чисто все.

Познакомившись с бабушками, мы отправились посмотреть, как они живут. Вообще-то помещение, где располагается дом престарелых, это бывшая поселковая школа. Первый этаж уже отремонтирован, в классах – просторные комнаты, всего они рассчитаны на 25-30 человек. Пока бабушки живут в комнатах по одной, хотя места с лихвой хватило бы и троим. На втором этаже идет ремонт, кстати, по словам кочегара Виталия, справляются с ним работники пансионата сами, только денег сейчас нет. А так могли бы еще человек 30 принять.

У бабы Таси трое детей, у бабы Нади дочка уже 40 лет как на Украине живет, пустила там корни, у бабы Маши тоже есть дети и внуки. Дети звали их к себе, а они уезжать из родного села не хотят, сил не стало, закрыли свои избушки на замок и пришли сюда. Общаются, правда, часто и об этом со слезами на глазах рассказывают. У бабы Вали детей нет, навещают племянники, полный шкаф «приданого» нанесли, тут стопочками лежат новые шали и платки, висят халаты. Она с гордостью все это демонстрирует, а потом щедро угощает нас конфетами.

– Вон сколько нам здесь дают, – тумбочка бабы Вали наполнена пряниками, зефиром, печеньем и конфетами. – Племянникам собираю гостинцы, – улыбается она.

С одной стороны лес, с другой – река Иртыш, грибы, ягоды, рыба... глубинка, но какая! Именно это место, по словам бабушек, помогло им дожить до столь преклонных лет.

Вместе с домочадцами садимся обедать. Суп с опятами, собранными этой осенью в лесу, отменный. Щедро осыпаем повара Марину заслуженными комплиментами. А рецептик салата я даже взяла на заметку – ну очень вкусный!

Баба Валя, пожаловавшись на головную боль, уходит в свою комнату. Баба Тася – на послеобеденную прогулку. А мы еще долго разговариваем с Тоней, Мариной, Надеждой Петровной и Марией Емельяновной. От обстановки веет теплотой и уютом, бабушки разоткровенничались...

Всякое в их жизни бывает, и посмеиваются над собой, и друг дружку подначивают. А было дело даже воспитали одну бабульку, которая приехала сюда «права качать». Колоритная Таисия Михайловна, вспоминая это, чисто по-русски заявила, мол, больше такого не потерпит, а если кто будет тут выделываться, тому несдобровать. Слышать это из уст бабульки было очень смешно, и все по-доброму рассмеялись. И баба Тася тоже.

О директоре пансионата Евгении Анатольевиче все говорят только с уважением.

– Человек с нуля все начинал, сам тянет, чтобы люди где-то жили, – делится эмоциями дежурная Антонина. – Старается, как может. Но выжить предпринимателю самому нереально, налоги душат, вся прибыль ими перекрывается. А ведь доброе дело делает, и работу людям в деревне дал. Тяжело. И это при том, что у нас свое приусадебное хозяйство: картошка, овощи засаливаем на зиму, кладовые забиты. Но ничего, Москва тоже не сразу строилась.

– Мне так его жалко, были бы деньги у меня, я бы ему отдала, – говорит Надежда Петровна. – Если сейчас помогут субсидиями, хоть люди прибудут. А так за свет, за воду, за это же отопление – за все надо платить, а с чего, если нас всего пять человек.

Прощались мы с бабушками очень тепло, обнимались и целовались. Нас угощали яблоками и конфетами и просили приезжать еще. Будет возможность – обязательно.

Дорога домой

Вместе в Евгением Филипповым возвращаемся назад. Обратно – на пароме, и по прямой до Тары. Здесь дорога получше.

– Часто в пансионате бываете? – спрашиваю у директора.

– Примерно раз в неделю приезжаю, продукты привожу и так, что нужно, по необходимости.

Бабушки из Тарской глубинки – впереди России всей Начавшийся разговор прерывает звонок. Слышно, как Евгений Анатольевич разговаривает по телефону с пенсионером из Куйбышевского геронтологического центра города Омска, он хочет попасть в пологрудовский пансионат вместе с женой, узнал о нем от соседки, которая ездила сюда присмотреться, и ей очень понравилось.

– Я инвалид второй группы, супруга тоже, я бы хотел переехать к вам. И тут еще есть пара одна. Нам бы как-то съездить туда и посмотреть. Я люблю порыбачить и за грибами сходить, а в городе нет возможности, к тому же никуда не выйдешь – все по пропуску.

– Здорово, – радуемся вместе с директором. – А вы всех берете?

– Единственное условие – не пьющие должны быть, хотя по праздникам разрешаю немного вина, – улыбается Евгений Анатольевич.

По правилам дома престарелых, сюда берут дееспособных старичков. Медицинское обслуживание не предоставляется, но совсем рядом находится больница, поэтому в случае чего, своевременная помощь оказывается. Плата составляет 10 тысяч рублей. Однако на уровне области уже принят Порядок предоставления субсидий предпринимателям, занимающимся социальным бизнесом, мы об этом писали. Средства предназначены на частичную компенсацию затрат стариков, пенсия которых ниже, а также на улучшение условий их содержания и питания в частных домах престарелых. Однако деньги, судя по пустующему пансионату, еще не поступают.

– Что с субсидией?

– Субсидию уже в этом месяце начнут перечислять. Так как я один по этой статье, то чем быстрее соберу документы, тем быстрее получу деньги. Раз в квартал нужно подавать заявки и отчитываться по тратам. На человека выделяют 14 тысяч рублей в месяц. Этого я добивался три года. Изначально предлагалось выплачивать 4 тысячи на человека. А потом сам министр Михаил Дитятковский приехал в пансионат, посмотрел и говорит: «Какие 4, тут нужно все 14, я пролоббирую». И пролоббировал. Я ему очень благодарен. Он работал в этой структуре, поэтому знает все не по наслышке, – в голосе Евгения Анатольевича слышится нескрываемое уважение.

– А с ремонтом министерство не собирается помочь?

– Это тоже входит в субсидию.

На пароме добрая душа Евгений Анатольевич (на фото справа в центре) берется подбросить до Тары учительницу русского языка и литературы Валентину Степанову. От нее мы тоже узнаем много интересного. Например, почему деревня, которой больше 100 лет, называется Пологрудово. Оказывается, на это место на вольные земли приезжали самоходы с Витебской и Вятской областей, где плотность населения тогда была большая. С топором за поясом ходили искать место для деревни. Сами стали строить себе дома. Работали споро, до пота, потому хоть лютовал сибирский мороз, раздевались по пояс, то есть оставляли грудь полой (голой). Купцы стали говорить про них пологрудые, так и прилипло это название – Пологрудово. А вот школа, в которой сейчас располагается пансионат, изначально строилась для детского дома, лет 10 он ее успел поэксплуатировать. Потом была большая сельская школа, которую со временем тоже закрыли, потому что детей в деревнях становилось все меньше и меньше. Двухэтажный дом 4 года простоял заброшенный.

Валентина Степановна рассказывала о местных жителях, а мы узнавали в них уже знакомых нам пологрудовских старушек. У бабы Маши муж был председателем сельсовета, она сама в школе работала. Баба Тася боевая была женщина, а красавица какая! А баба Надя одна жила, у нее выхода нет, как в дом престарелых пойти.

Бабушки из Тарской глубинки – впереди России всей – В селе уровень культуры низкий, детей очень сильно осуждают, что мать в доме престарелых, – пояснила учительница. – У нас это не принято, дети должны за родителями ухаживать.

– Человек не хочет быть обузой, поэтому сюда пришел, – возражает Евгений Анатольевич. – Дети постоянно работают, а старик сам себе предоставлен. И потом порядка 700 человек в области стоит в очереди в дома престарелых.

– Евгений Анатольевич, а почему вы решили этим заняться? – задаем самый главный вопрос.

– Сложилось так. Как-то коснулся этой проблемы и решил попробовать. Одним из благоприятствующих факторов стало, что глава сельского поселения Пологрудово Иван Курсевич, когда узнал, чем я хочу заняться, предложил мне взять в аренду пустующее здание. Район там неблагополучный, ближе к райцентру люди еще как-то пристроены, а в глубинке печальней гораздо картина. Хорошо, что государство наконец пришло к тому, что необходимо развивать частно-государственное партнерство, в соседних регионах это уже работает.

Работает и у нас, пусть пока в единственном числе, но работает.

По дороге в Омск Евгений Анатольевич поделился с нами планами на будущее:

– Хочу в следующем году запустить другой социальный проект, буду наставником у детей, выпускающихся из детских домов. Помогу им с работой, жильем, вместе будем возрождать жизнь на селе.

Мы надолго замолчали. Каждый из нас думал о своем. Я – о том, что таких людей должно быть больше.

Наталья Чебакова
Фото Татьяны Шакировой
19.10.13
РИА «Омск-Информ»

Подобные материалы:

Смиренно просим Вас оказать посильную финансовую помощь на нужды епархии

logo

Тарская епархия, Омская митрополия, Московский патриархат


  При перепечатке материалов просьба указывать активную ссылку на наш сайт tara-eparhiya.ru