Паломническе поездки

joomplu:8796
joomplu:6380
Благовещение, православная газета
joomplu:5094
joomplu:5095

ПРАВОСЛАВИЕ.RU

Актуальная аналитика

Православный календарь

Общецерковные новости

Подросток и огонь истинного православия

20140326«Богу ты покажешь либо спасенное дитя, либо раны на своих коленях» (Старец Иероним)

«Бог дал тебе ангелочков. Посмотрим, какими ты их сделаешь», – справедливые слова старца Иеронима ударили колоколом в мое сердце. С какою ревностью полтора десятка лет назад взялась я за воспитание детей во Христе!

 

И все мне казалось простым и ясным, все представлялось легким и возможным! Да и может ли быть иначе, если у меня такие дети: вот они сидят (все четверо) в полночь на монастырской службе, и крестики елея на лбу блестят в отсвете свечей. Кто-то из молящихся шепнул: «Смотрите, как ангелы». И правда – во время служб дети вели себя безупречно, всегда тихие, сосредоточенные, чинно крестились, кланялись, исповедовались, вызывая невольную улыбку священника, причащались.

По мере возрастания и социализации детей в обществе, накапливались вначале вопросы, а затем – охлаждение к вере и Церкви. Если первые удары по вере отражать у меня еще находились силы, то в подростковом возрасте от шквала протеста у меня просто опустились руки. И мне вдруг открылся смысл непонятой раньше мудрости: «Когда я не знал Бога, горы были для меня горами, а реки реками. Когда я пришел к Богу, горы перестали быть для меня горами, а реки реками. Но когда я познал Бога, горы снова стали для меня горами, а реки реками». Тут-то и расписалась я в собственной беспомощности, и начался поиск…

Прежде всего, я обнаружила, что отсутствуют примеры для подражания, с которых можно снять модель поведения в православной семье, в отношениях друг с другом, с окружающими людьми (у нас не было православных корней). К каждому явлению в обществе, в мире необходимо было вырабатывать, формировать правильное (православное) отношение, угодное Богу, чтобы научить этому детей. Но где взять авторитетный источник? Конечно, из книг о духовной жизни, о христианском воспитании детей и подростков.

В «Луге духовном» как-то встретилось мне высказывание: «Самое высшее искусство на земле – воспитание ребенка христианином». И это изречение было произнесено древними тысячу лет назад, когда ребенок не испытывал тоталитарного влияния «прогресса» и мира, когда его не смущало огромное количество соблазнов и искушений! Думаю, я нисколько не преувеличиваю, считая, что сегодня воспитание детей в Православии – материнский и отцовский подвиг. Но сколько бы родители ни прочитали сегодня книг по православному воспитанию детей, эффект от применения полезных советов весьма невелик. Нужно признаться, что среди советов, которые имеют непреходящее значение (от Премудрости Соломона до св. Иоанна Златоуста), есть советы, характерные для эпохи, возврата к которой уже не будет.

К сожалению, наши дети и мы сами живем в совершенно перевернутом мире. По словам отца Серафима (Роуза): «Всякого, кто взглянет на нашу современную жизнь в перспективе той нормальной жизни, которую вели люди в прежние времена, не может не поразить то, насколько ненормальной стала сейчас жизнь. Самое понятие авторитета и послушания, приличия и вежливости, поведения в обществе и частной жизни – все резко изменилось, стало с ног на голову…» Наши далекие предки, глядя из глубины веков на популярные телепрограммы, кинофильмы, музыку, обилие развлечений, наверное, испугались бы безумия нашего общества, утратившего всякое понимание реальности. А на пороге – опасности еще более серьезные. Мы обязаны быть реалистами и помогать детям духовно выжить именно в тех условиях, которые их окружают сейчас. Часто охватывает чувство беспомощного недоумения: как же не ошибиться, как найти правильный путь в искусстве воспитания не просто хорошего человека, а ХРИСТИАНИНА? Как примениться к тому, чтобы детей сохранить верующими и при этом не оторвать их от жизни?

«Разложилось все: семья, просвещение, государственные службы…» – подчеркивает в своих книгах святогорский старец Паисий (Эзнепидис). Он часто размышляет с посетителями о том, что родилось «равнодушное поколение», «большинство только для парада и годится», и приводит в пример офицера, который мучается проблемой, чтобы найти нормального солдата караулить склад с горюче-смазочными материалами, чтобы другие его не подожгли или он сам не бросил по невниманию какого-нибудь окурка. «Дух теплохладности, мужества нет совсем! Мы вконец испортились! Как нас еще Бог терпит?» – заключает почитаемый во всем православном мире старец. Отчего же безразличие процветает даже в тех семьях, где дети воцерковлены от утробы матери, регулярно посещают воскресные школы, растут и развиваются в православных традициях? Как помочь равнодушному подростку?

Надо заставить его по-доброму обеспокоиться, озадачить его, чтоб он сам захотел себе помочь. Ведь для того, чтобы дать другому воды, надо, чтобы он жаждал. Если подросток (или другой человек) чего-то не хочет, то никто не может лишить его свободной воли, свободного произволения. Но почему же свободная воля подростка часто уклоняется от ранее намеченного духовного пути?

С младенчества с ребенком теперь обращаются как с семейным божком. Его прихоти удовлетворяются, желания исполняются. Он окружен игрушками, развлечениями, удобствами. Иеромонах Серафим (Роуз) указывает на то, что нынешнее христианство – это «христианство со всеми удобствами» и символом нашего беззаботного, гоняющегося за развлечениями, времени можно было бы взять американский «Диснейлэнд» с улыбчивыми мультгероями, предлагающими наперебой: живи сегодняшним днем, наслаждайся, расслабься, чувствуй себя хорошо, забудь о Боге и любой другой жизни, кроме настоящей. Именно в воспитании детей мир наносит в первую очередь удары по православным христианам и воспитывает наших детей по своему образцу посредством школы, телевидения, кино, популярной музыки и всеми другими способами, которые обрушиваются на подростка, особенно в больших городах. Фактически это учение безбожию.

Мы должны активно защищаться, формулируя и предавая гласности наш православный и христианский ответ на попытки мира похитить наше достояние – детей и юношество. Но наблюдая за тем, как православные семьи живут в сегодняшнем мире и передают свое православие, может показаться, что эту битву чаще проигрывают, чем выигрывают.

Существует два ложных подхода к жизни вокруг нас, которые многие принимают, думая, что это и есть образец, как должны поступать православные христиане: обмирщение и сверхдуховность (по о. Серафиму (Роузу)). Первый подход – просто идти в ногу со временем: приспосабливаться к рок-музыке, современным модам и вкусам и всему ритму нашей «пластмассовой» современной жизни. Это путь – полное несчастье для христианской жизни, это смерть души. Некоторые могут все еще вести внешне пристойную жизнь без борьбы с духом времени, но внутренне они мертвы и умирают, и, что печальнее всего, их дети заплатят за это различными психическими и духовными расстройствами и болезнями, которые все более и более распространяются.

«Так нельзя! Христианин должен отличаться от мира, и это должно усвоить ребенку как часть своего православного воспитания». (иеромонах Серафим (Роуз))

Ложный подход другой крайности – это ложная духовность. Поскольку книжные полки пестрят разнообразными пособиями по духовной брани, а православная терминология носится в воздухе, все большее количество людей толкует об исихазме, Иисусовой молитве, аскетической жизни, возвышенных молитвенных состояниях и о самых возвышенных из святых отцов, вроде свв. Симеона Нового Богослова, Григория Паламы или Григория Синаита. Очень хорошо знать об этой действительно возвышенной стороне православной духовной жизни и почитать великих святых, которые на самом деле вели ее; но необходимо иметь реалистичный взгляд и очень смиренное сознание относительно себя. Мы крайне далеки от жизни исихастов и мало подготовлены к тому, чтобы приблизиться к ней. Наш интерес к ней, скорее сказать, – праздное любопытство – подогревается болезненным тщеславием и непомерной гордыней и является одним из выражений нашего эгоцентричного пластмассового мира. Это, конечно, очень несерьезно и несет на себе трагическое знамение нашего времени. Возвышенные вещи используются людьми, которые понятия не имеют о том, что говорят. Для некоторых это лишь привычка или времяпровождение; для других, которые принимают это всерьез, дело может обернуться большой трагедией.

Мы должны глубоко понять, в какие времена живем. Как на самом деле мы мало знаем и чувствуем наше Православие. Как мы далеки не только от святых древности, но даже от простых православных христиан, живших сто лет назад или даже одно поколение назад, и как сильно нам надо стремиться, чтобы сегодня просто выжить как православным христианам. Наша позиция должна быть приемлемой и нормальной, т.е. она должна прилагаться к реальным обстоятельствам, а не быть плодом фантазии, ухода от жизни и отказа смотреть в лицо неприятным явлениям окружающего мира. Ведь чуткие, с обостренным чувством справедливости и подлинности, подростки сразу же отличат истинное Православие от подделки. Слишком возвышенное и витающее в облаках тепличное Православие неспособно помочь детям в повседневной жизни. Наш мир достаточно жесток и своей грубостью ранит детские души; мы должны ответить детям, прежде всего, трезвой христианской любовью и пониманием, оставляя исихазм и высшие формы молитвы тем, кто способен их воспринять.

Нет ничего трагичнее, чем видеть человека, выросшего в Православии, имеющего понятие о катехизисе, читавшего жития святых, имеющего представления об общих целях Православия, понимающего церковные службы – и при этом не осознающего, что же происходит с его собственными детьми. Он не догадывается, что преподносит своим детям эту жизнь в двух категориях: одна это как живет большинство, а вторая – как православные живут по воскресеньям и когда читают какой-нибудь православный текст. Когда ребенка воспитывают таким образом, он скорее всего не выберет Православия; оно станет очень малой частью его жизни, потому что современная жизнь очень соблазнительна, слишком многие стремятся к ней, она подменяет действительность – если только ребенок не был научен тому, как защищаться от ее вредного воздействия.

В подростковом возрасте ребенок задумывается – зачем ходить в церковь, зачем все это нужно? Даже если он видит, что родители искренне верят в Бога, ходят в храм по велению сердца, он этого веления не испытывает. Мне кажется, ребенку надо предоставить свободу выбора и не давить на него ни в коем случае. Мы, взрослые, выбрали для себя путь, ребенок только ищет. Наша задача – подсказать, и то, если спросит.

Кризис переходного возраста можно назвать «синдромом блудного сына». Я думаю, что каждый человек знает этот евангельский сюжет. Но всё же вкратце его напомню. Сын, попросив у отца положенную ему часть имения, ушёл из родного дома в «страну далече» и вскоре расточил все деньги, живя блудно. Погибая от голода, он вспомнил, как хорошо ему было в родительском доме, и вернулся, прося у отца прощения. Отец обрадовался, принял его и восстановил в прежнем достоинстве. Потому что сын всегда сын, даже если он блудный. Это искушение переживают в той или иной степени почти все подростки. Человек хочет быть взрослым, самостоятельным, независимым, но не имеет для того ещё ни физических, ни духовных сил. Вспомним, что послужило возвращению сына: воспоминания о том, как хорошо было в оставленном доме, и раскаяние в содеянном. Тепло родного очага, воспоминания детства, любовь родителей всегда будут для нас путеводным маяком, который светит в мире протеста и подросткового бунта.

Один педагог сказал, что переходный возраст — время родительских слёз, молитв и раскаяния за те ошибки, которые они совершили при воспитании. Роль родителей и педагогов в подростковый период безмолвна, с молитвой и обетами внутреннего делания, которые дают взрослые за мятежную душу. Родительские наставления следует применять лишь в крайних случаях, когда душе или жизни подростка угрожает реальная опасность. В этот период родители должны постараться установить с ребёнком доверительно-дружеские отношения, войти к нему в доверие. Известно, что переходный возраст – время свержения идеалов и авторитетов, особенно родительских. Но часто «предки» сами виноваты в этом, не желая знать и вникать в то, чем живёт молодёжь, и огульно всё это отрицая.

Следует напомнить о том, что необходимо формировать вкус детей в отношении книг, песен, фильмов и вообще искусства. Это всё должно быть сделано до отрочества. Говоря о современной массовой культуре, родители должны не просто называть всё это бесовщиной, а знать её и выбрать из неё то, что приемлемо. Очень сложно представить подростка, который слушает в наушниках симфонию Бетховена. Из авторской, бардовской песни (кстати, она до сих пор популярна среди молодёжи) можно выбрать достойные образцы. Даже в рок-музыке всё очень разнородно. И там есть верующие люди с очень хорошими песнями. Многие песни Константина Кинчева, Юрия Шевчука, других музыкантов заставляют задуматься о главных вопросах, призывают любить Родину. У группы «Любэ» очень много душевного, патриотического. Это всё можно и нужно узнать и донести до подростка.

Музыка, песни могут оказывать влияние на формирование характера. Недаром сказано: «Нам песня строить и жить помогает». Одно дело, когда сын слушает агрессивную и разрушительную музыку или слезливую и примитивную попсу, а совсем другое — когда для него звучат мужественные мужские песни. Сейчас, к сожалению, вообще время господства так называемой попсы, когда теле– и радиоэфир заполнены безвкусными проектами типа «Фабрики звезд». Но попса отличается от настоящей песни так же, как жевательная резинка отличается от настоящей пищи. Жуёшь, жуёшь, а насыщения не наступает.

Родители обязаны позаботиться о корректном направлении стремлений и увлечений отрока. Отрицая то, что близко молодому человеку, мы вряд ли приобретём в его глазах авторитет, скорее наоборот. Но чему нас учит история? — К примеру, христианство не всегда полностью уничтожало языческие праздники, но иногда наполняло их новым смыслом. Значит, если нам сложно заставить подростков читать «Добротолюбие», творения Святых Отцов — им можно давать хорошие классические книги, в которых говорится о христианстве. Например, «Камо грядеши» Г.Сенкевича, сочинения Н.С.Лескова, И.С.Шмелёва, «Князь Серебряный» А.К.Толстого, да много ещё всего. Эти книги станут учебниками мужества и благочестия.

Молодёжь сейчас мало читает. Как-то спросили мальчика, который помогает у нас в алтаре: «Что сейчас читают подростки?» И он сказал: «Ну, я вообще ничего не читаю, а ребята читают «Ночной дозор», «Дневной дозор», «Властелин колец», книги из серии «S.T.A.L.K.E.R.». То есть читают те книги, по которым были сняты фильмы. Фильм вызвал интерес к чтению. Раньше было наоборот. Сначала читали, а потом шли в кино. Родители, исходя из собственного опыта или советуясь с людьми знающими, могут подсказать, посоветовать детям, что смотреть. Всё-таки снято и снимается очень много, и выбор, конечно, есть. А одними запретами ничего не добьёшься — нужно что-то предложить взамен.

Не следует думать, что подростку не нужно общение с родителями. Ему это необходимо. Просто отношения немного меняются: из дидактическо-педагогических они должны стать более дружескими. То, что подростки говорят о родителях, — это напускное и наносное, в глубине души они тянутся к ним, хотят, чтобы родители были самыми лучшими. Попробуй что-нибудь сказать плохое при отроке об отце! Роль папы в воспитании весьма велика. У каждого отца есть чему научить, чем заняться с чадом. Рыбалка, спорт, походы, полезные навыки, даже просто интересные рассказы о молодости очень интересны детям. Мужчину из мальчика может сделать только отец.

Сейчас в молодёжной одежде моден стиль «унисекс» (переводится «смешение полов, унификация»). Это мешковатые штаны, грубые ботинки у девочек и какие-нибудь девчоночьи штаны у мальчиков. Преобладает этот стиль не только в одежде, но и в поведении молодёжи. Мужчины перестают быть мужественными, а девушки — женственными. Один батюшка сказал, что половое воспитание, просвещение — вещь очень хорошая, но вестись оно должно именно как половое воспитание, то есть воспитание полов: юношей воспитывать как будущих мужчин, а девушек — как будущих женщин, матерей. И это воспитание родители должны начинать с себя. Уже своим внешним видом, одеждой, прической они должны давать пример детям. Есть мнение, что мальчики подсознательно выбирают будущих жён, руководствуясь идеалом своей матери. И если мать являет собой идеал настоящей женщины, она может быть спокойна за свою будущую невестку.

Нужно уяснить себе совершенно определенно: дети очень чутко и остро ощущают наш истинный духовный настрой — как бы мы (специально или случайно) не стремились его скрыть. Жизнь в истинной пламенеющей вере они никогда не перепутают с моментами вялотекущего псевдохристианства. И горе родителям, если они пошли в церковь по привычке, или, чтобы явить необходимый пример ребенку, или, чтобы встретиться с друзьями, а не с Христом. Эту ложь подростки улавливают и делают для себя соответствующие выводы мгновенно. И вот уже в дверях на выходе мелькает знакомая куртка — они, пока еще честные, подождут родителей на улице. Там и новостями обменяться можно спокойнее, чтобы, как взрослые, по углам не шушукаться.

Заставлять любить Бога и «возвращать детей на законное место» – это не метод. Дети, получая православное образование и церковное воспитание, видят Церковь несколько однобоко, не так, как родителям хотелось бы. И конечно, когда дети возрастают, у них получается свое видение мира. Естественно, они проявляют свою свободную волю, которая часто не совпадает с мнением родителей, с мнением Церкви. Почти каждый ребенок должен пройти этот период испытаний, искушений, без них не бывает жизни. И не стоит ужасаться тому, что ребенок на какое-то время охладевает к церковной жизни, к исполнению церковных правил, к послушанию родителям, которые заставляют его ходить в церковь. Этот период неизбежен почти для каждого человека.

Есть определенная сложность и в самом восприятии подростком высоких и глубоких православных истин. Во-первых, богослужебный строй православной церкви – это строй, прежде всего, монашеский. Серьезный, высокий, строгий, сложный, требующий сосредоточения и немалых знаний (литургического языка, библейских образов).

Подросткам – с их темпераментом, подвижностью, утомляемостью и т.д. – в нем очень сложно. Чего-то специального для них (детские литургии, какое-то общение), как правило, нет. Даже побеседовать со священником бывает трудно. Исповедь – 2 минуты, и – следующий.

Во-вторых, мы сами часто такие потухшие, не горящие, либо любящие комфорт, либо направляющие и недовольные всем вокруг.

В-третьих, период 13-15 лет – время школьное. И, если в школе подросток «расслабляется», то дома ребенок ДОЛЖЕН иметь православный вид. А в случае охлаждения к церкви, он должен лукавить. Это в разы увеличивает охлаждение.

Наблюдая за приходской жизнью в храме, можно сделать безошибочный вывод, что многим детям остаться в церкви помогает какое-то свое небольшое служение (когда есть). Скажем, мальчики могут служить пономарями, девочки – петь на клиросе. Такие, активно участвующие в богослужении дети, легче проходят подростковый кризис, у них к церкви отношение более осмысленное и сознательное.

Кроме того, в течение года в храме бывает еще много таких дел (предпраздничные уборки, украшение храма, елки и т.п.), когда подростки могут приложить руку, почувствовать свою нужность и важность для общины, прихода, понять, что это действительно «их» храм, в котором они могут реально что-то сделать и это будет востребовано. А в подростковом возрасте это же очень важно для ребенка, чтобы его увидели и принимали всерьез...

Пока ребенок несмысленный, он не противоречит родительским усилиям воцерковить его. Но придя в подростковый возраст, ребенок борим двумя противоречащими друг другу желаниями: быть как все – быть не как все; выделяться – не выделяться. Может, именно то, что христианин выделяется из окружающего общества (даже внешне, не только по поступкам), вызывает раздражение подростка, желающего выглядеть современным в обществе сверстников. «Мы не соответствуем обычаям мира сего, – подчеркивает о. Серафим (Роуз) – а если и соответствуем им в сегодняшнем мире, то мы уже не являемся подлинными христианами. Подлинный христианин не может чувствовать себя своим в миру и не может не казаться себе и другим немного «тронутым». Безусловно, подростку невероятно трудно выработать в себе решимость твердо следовать в противоположную сторону, чем та, которую навязывает окружение.

7-й, 8-й, 9-й класс – классы самые трудные, когда этот возраст ломает… Тем более, что подросток находится под влиянием среды противоречивой, противоположной. Часто в школьных классах обучаются дети различных вероисповеданий. Душа подростка интуитивно и лихорадочно ищет себе подобного для общения, свойственного своему возрасту, и часто не находит. Появляется соблазн замены своих, неустойчивых пока внутренних идеалов и ценностей, на другие, чтобы приобрести равновесие, душевный комфорт, максимальный контакт со сверстниками за счет отказа от веры и Церкви. Это путь компромисса или отречения. Вот здесь подросток впервые в своей жизни стоит перед личным серьезным и жестким выбором: закон Божий или закон человеческий, царство земное или Царство Небесное. В зависимости от того, как он ответит на предложенный ему вопрос, будет зависеть следующий важнейший и видимый его шаг: он останется в Церкви или оставит Церковь.

Трудно жить подростку, которому родители не сумели объяснить той великой брани, которая идет за каждую душу между силами тьмы и света. В момент первых соблазнов, растлевающих душу, подросток не всегда способен устоять в вере, противостать воздействию демонических сил, невидимо окружающих его. Священники и родители горько сетуют на то, что «вдруг подросток резко охладевает к вере, к Церкви, и его «забирает» улица, компания, мирские интересы».

Дело в том, что, во-первых, он совершенно не имеет опыта православного духовного делания, который приобретается многими трудами. Во-вторых, ребенок в период переходного возраста более уязвим и более способен обращать внимание на свои видимые физические изменения, чем на невидимые духовные состояния своей души. В-третьих, подросток эгоистично стремится к радости для себя, к жизни для себя, к успеху для себя. Кому не известны юношеские порывы к славе, к богатству, к земному счастью и взаимности в чувствах? Подростковая устремленность в «прекрасное далеко» и романтическая окрыленность вступают в его сознании в противоречие с Евангельскими словами: «В мире скорбны будете» (Ин. 16, 33); «Если гнали Меня, будут гнать и вас» (Ин. 16, 20). Неспособность подростка охватить сердцем божественную мудрость о необходимости земных страданий для очищения души, для соединения с Богом, для достижения главной цели человека – Царствия Небесного – отталкивает большинство подростков от дальнейшего прохождения духовного пути.

Но что говорить о детях, если и родители их всячески стараются оградить свое чадо от каких бы то ни было страданий. Одна женщина, любившая свою нежную, хрупкую, чувствительную дочь превыше всего, высказывала свои опасения духовнику: «Мне нестерпимо думать, что дочери придется страдать. Я хочу оградить ее от всякого горя и, если возможно, взять его на себя». Духовник в ответ упрекнул ее в эгоизме, в том, что она отнимает у дочери Крест и тем лишает ее спасения: «Нельзя развивать в дочери излишнюю сентиментальность и чувствительность. Приучайте ее к испытаниям. Молитесь за нее и саму научите призывать в молитве Имя Господне как лучшую опору в жизни в любых обстоятельствах, при любых невзгодах. Не разрешайте ей всего того, что хочется страстно. Пусть она приучится переносить неудачи, не раздражаясь, сумеет ждать с терпением. Нужно, чтобы она могла лишаться приятного без слез и терпеть недостатки в жизни, не считая при этом все безвозвратно пропавшим.

Если у нее горе, не спешите в тот же час врачевать рану. Лучше вместе подойдите к Распятию и на коленях помолитесь. Господь Сам пошлет Свою помощь, а вы – свою .

Укажите дочери, каков ее долг, работа. Не исполняйте эту работу сами. Назначайте дело на каждый день и требуйте строгого исполнения. Работа укрепляет душу.

Учите своего ребенка не опираться на вас, уметь обходиться без вас и всецело надеяться на Господа. Тогда в час вашей кончины она не останется одинока, без помощи и поддержки.

Сердце девушки, рядом с которой нет матери и которая не умеет сама прибегать к помощи Господа, – падает, разбивается и часто загрязняется».

Духовник замолчал. Мать плакала…

Многие скажут, что стремление подростка к радости, а не к скорби вполне естественно. Дело в том, что есть мирская радость и есть божественная радость, которой необходимо учить подростка, дабы он не прельщался сиюминутными радостями «мира сего» и не менял бы их на вечные блаженства. Радость, которую испытывает духовный человек, – это не та радость, за которой общество сегодня гонится. Имели ли святые радость в том ее виде, что ищем мы? Матерь Божия имела такую радость? Христос – смеялся ли Он? Кто из святых прожил эту жизнь без боли? У какого святого была такая радость, к которой стремятся многие христиане нашего времени, не желающие и слышать ничего неприятного, чтобы не расстроиться, не потерять своей безмятежности? Необходимо объяснить подростку, что те, кто избегают волнений ради того, чтобы быть радостными, чтобы не нарушать своего покоя, чтобы быть мягкими, они – равнодушны. Это радость мирская. Духовный человек – весь сплошная боль, ему больно за то, что происходит, больно за людей. Но за эту боль ему воздается божественным утешением, потому что Бог из рая бросает в его душу благословения, и человек радуется от божественной любви.

А по поводу «окрыленности» старец Паисий говорил не раз: «Будьте окрыленными! Знаете, кто такие «окрыленные»? Шесто-крылатые Серафимы! Они имеют шесть крыл и взмахивают ими, воспевая «Свят, Свят, Свят!» Так летите же, имейте шесть крыл!» (Слова, том II, «Духовное пробуждение», с. 88).

Один православный священник в Румынии, о. Георгий Кальччу, в 80-х годах умер в тюрьме за то, что молодых людей, которые мало вдохновлялись желанием служить Богу, посмел призвать не покоряться духу времени и выйти на работу Христову. В его душе светил подлинный огонь Православия и слова его были не от мира: «Иисус всегда любил вас, а теперь у вас есть выбор, чтобы ответить на его призыв, чтобы быть пророком Христа в мире. Разве ты не видишь, юный друг, как близко Царствие Христово? Ты, Петр, и Бог созидает Свою Церковь на тебе. Ты – камень Его Церкви, который ничто не может одолеть… Не сможет разрушить никакая человеческая сила Церковь, основа которой – Христос…» Эти слова должны стать задачей для подростка, вера которого должна быть способна выдержать ожидающие нас удары и послужить источником вдохновения и спасения для тех, кто еще только будет искать Христа даже среди начавшегося уже крушения человечества.

Валентина Куколевская

Статья с сайта Кресто-Воздвиженский храм

Подобные материалы:

logoТарская епархия, Омская митрополия, Московский патриархат

Сайт создан по благословению епископа Тарского и Тюкалинского Савватия
  При перепечатке материалов просьба указывать активную ссылку на наш сайт tara-eparhiya.ru